Спасет ли медиация Россию

Алёна Данилова

 адвокат, профессиональный медиатор, действительный член Профессиональной Лиги Медиаторов.

Корр. - В юриспруденции появилась новая профессия-медиатор. Читатели хотят знать подробнее, что это такое-медиация? И есть ли исторический опыт её использования в России?

Алёна: - Медиатор – это посредник. Термин был изобретён римлянами задолго до нашей эры. Во все времена посредники широко использовались для разрешения споров. Тогда, как и сейчас, результатом примирения спорящих сторон являлась мировая сделка, то есть соглашение о взаимных уступках. В нашей стране уже в 14 веке использовали примирительные процедуры и мировые сделки. К середине 19-го века «примирительное разбирательство» вообще было привычным делом. Медиация - исторический феномен. Однако после революции 1917 года эти традиции были практически утрачены. И только с 1 января 2011 года созданы правовые условия для развития в России альтернативных способов урегулирования споров при участии независимых лиц - медиаторов.

Корр.- Как медиатор мирит противостоящие друг другу стороны?

Алёна: - Роль медиатора в споре кажется не такой уж сложной, но это на взгляд не сведущего человек. Медиатор помогает сторонам выявить их истинные интересы и потребности, найти решение, удовлетворяющее всех участников конфликта. Всех! А это сложно, поскольку люди не всегда готовы услышать друг друга. Зачастую они настроены враждебно и агрессивно. И в такой вот ситуации, при участии медиатора они должны прийти к консенсусу. Медиатор не арбитр, не представитель сторон и не обладает правом принимать решения. Он – посредник. Стороны подписывают соглашение о применении процедуры медиации до возникновения спора либо после его возникновения. Одним словом, они готовятся не вступать в конфликты, а совместно искать решения. Есть в законе уточнения, когда процедура медиации не может быть проведена. Например, она не применяется к коллективным трудовым спорам или когда споры затрагивают или могут затронуть права и законные интересы третьих лиц…

Корр.- И что же заставит стороны исполнять мировое соглашение?

Алёна:- Не забывайте, что обе стороны сознательно шли к медиатору за тем, чтобы достичь соглашения. Без суда. И они заведомо готовы исполнять медиативное соглашение добровольно и добросовестно. Оно приобретает статус гражданско-правовой сделки.

Корр.- А оспорить эту сделку можно?

Алёна:- Конечно. Медиативное соглашение оспорить можно, исходя из оснований признания сделки недействительной, в соответствии с Гражданским кодексом РФ. Кстати, процедура медиации может быть применена при возникновении спора как до обращения в суд, так и после начала судебного разбирательства, в том числе по предложению судьи.

Корр: - Мы едва коснулись сути медиации и чтобы людям узнать больше об этой процедуре, необходим правовой ликбез. Расскажите, почему вы, адвокат, решили стать ещё и медиатором?

Алёна: - К сожалению, у нас сейчас формируется общество потребления, довольно агрессивное и конфликтное. И возникла необходимость ориентироваться в таком социуме с наименьшими потерями для своей личности. Если я не могу изменить ситуацию, мне нужно изменить свое отношение к ней. Именно медиация избрана мною в качестве инструмента по работе над собой и, своего рода, открытия дверей в агрессивный мир, но с новым подходом в его пониманию и восприятию.

Корр:- Итак, мотивация личностная и, наверняка, профессиональная?

Алёна: - Да, конечно. Будучи адвокатом, я неизменно сталкиваюсь с конфликтами людей в той или иной сфере взаимоотношений. Знание основ медиации безусловно упрощает работу адвоката. Я практикую много лет и пришла к выводу, что огромное количество судебных дел можно было решить на уровне переговоров, проведенных профессионально вне зависимости от спорящих сторон, как до передачи дела в суд, так и на любой стадии рассмотрения дела в суде.

Корр: - Адвокаты не склонны мирить стороны или не имеют права, желания…

Алёна: - Адвокаты каждой из сторон изначально находятся по разные стороны баррикад. Они призваны «воевать» за интересы своего нанимателя. Они не имеют полномочий для решения вопроса между своими клиентами путем мирного урегулирования их спора. Исходя из имеющегося опыта, могу с уверенностью сказать, что зачастую требования, вытекающие из интересов нанимателей той или иной стороны, во множестве случаев не являлись обоснованными. И это можно было бы выяснить, вовремя прибегнув к процедуре независимого посредничества и переговоров между сторонами. И не только избегнуть долгих судебных тяжб, но и выйти на медиативное соглашение, сэкономив время и деньги клиентов.

Корр.- Мне кажется, если люди доходят в своих спорах до крайней точки, то скорее готовы «биться» в судах, чем мириться?

Алёна: - Я уверена, что всё изменится. Познакомившись с институтом медиации, с ее принципами, мне стало очевидно, что такого рода деятельность обязательно и прочно войдет во все сферы человеческих взаимоотношений. И постепенно люди поймут насколько удобнее и выгоднее решать гражданско-правовые споры на стадии досудебного решения вопросов. Впрочем, как на любой стадии судебного процесса, до вынесения решения по существу, то есть никогда не поздно «сесть рядком и поговорить ладком». С участием медиатора. Я бы вообще советовала спорящим сторонам сначала идти к медиатору. А после этого им вряд ли понадобится судебное вмешательство. К тому же, прибегнув к медиативному соглашению, люди сохранят межличностные отношения на позитивном уровне. Деловые партнёры, при полном или частичном примирении, смогут продолжить коммерческое сотрудничество. Можно еще долго перечислять выгодность такого решения споров. А можно и коротко сказать, чем шире будет внедряться в жизнь институт медиации, тем меньше будет разрушенных межличностных отношений, всеобщей агрессии и негатива.

Корр.- Вы так верите в медиацию?

Алёна: - Безусловно. Имея в активе все эти выводы, базовые знания принципов и порядка проведения процедуры медиации, я верю, что альтернативное решение конфликтов интересов физических и юридических лиц между собой в виде проведения процедуры медиации, несет за собой не только их уменьшение, изменение их масштабов, и в итоге последствий. Доброта спасет мир и путь к мирному решению конфликтов, на мой взгляд, и будет этим спасением. Расспрашивала Раиса Макарова.